Поиск мероприятия:

Театр Сергея Образцова, часть 155

Мы рекомендуем
  • Плащ, Джанни Скикки

    26 июня
    Продажа билетов в Большой театр

    Купить билеты
  • Сильфида

    28 июня
    Продажа билетов в Большой театр (Новая сцена)

    от 2000

    Купить билеты
  • Бал-маскарад

    29 июня
    Продажа билетов в Большой театр (Основная сцена)

    Купить билеты
  • Ариадна на Наксосе

    29 июня
    Продажа билетов в Большой театр

    Купить билеты

Ранее: Часть 154

Актер, размышляющий вслух и находящийся в живом контакте со зрителем, — такой была фронтовая работа и А. Райкина, и С. Образцова, и других выдающихся советских эстрадников. Каждый из них мог бы подписаться под словами А. Райкина: «Меня на эстраде прельщает возможность свободного индивидуального творчества, возможность неограниченной выдумки и непосредственность общения со зрителем». Но эти же художники, для которых эстрада была трибуной общественного служения, могли бы с неменьшим основанием подписаться и под следующим утверждением А. Райкина: «И все же эстрадное искусство по своему идейно-художественному уровню не отвечает требованиям нашей современности. На эстраде много случайных людей, не имеющих отношения к подлинному искусству».

О наличии уродливых явлений, тормозящих развитие советской эстрады, писал тогда же, откликаясь на выступление Райкина и проявляя ту же горячую заинтересованность в ее большой судьбе, критик Виктор Городинский: «Эстрада — наиболее гибкий, портативный жанр — выдвинула сравнительно мало новых людей (мы не говорим выдающихся — этих единицы). Но, что всего печальнее, эстрадное малолюдство сопровождается, как это ни странно, удивительной бедностью, консервативностью творческой мысли. Ни для кого не составляет секрета убийственное однообразие эстрадного танца, эстрадной песенки, конферанса. Если эстрада не богата кадрами, то она еще беднее жанрами. Почти все эстрадные балетные пары танцуют один и тот же слегка варьированный номер. Самодовольные невежды, кичащиеся собственной безграмотностью, не желающие работать над собой и совершенствовать свое мастерство, должны быть удалены с эстрады».

Горечь многих деятелей искусства по поводу «случайных людей», делающих случайное (а подчас и очень вредное) дело на подмостках театров, эстрады, в изобразительном искусстве, рождала активное желание выполнить требование нового зрителя — заклеймить смехом и пригвоздить сатирой все, что недостойно служить человеку нового времени.

У Образцова и руководимого им театра это желание вылилось в совершенно конкретные формы. Последний военный и первый послевоенный годы оказались для ГЦТК временем горячей, упоительной работы над новым сатирическим спектаклем, в котором воедино слились ненависть к мещанству и любовь к новому человеку, жажда видеть светлым, честным и обновленным послевоенное советское искусство.

Образцовцы решили обличать именно то, о чем с такой резкостью писал Виктор Городинский. Консервативность, «убийственное однообразие», штамп самодовольных эстрадных невежд, бедность и убогость мысли — это и составило главный сатирический прицел нового кукольного спектакля.

После выпуска спектакля тот же Городинский с восторгом примет детище образцовцев. «Очень обидный спектакль!» — воскликнет он, подчеркнув при этом, что ни разу театр не сделал ни одного «личного выпада». Именно «обидность» критик сочтет крупным достоинством спектакля («что может быть хуже безобидной вегетарианской сатиры!»).

Продолжение: Часть 156

Топ-мероприятия
Мы принимаем к оплате