Поиск мероприятия:

Театр Сергея Образцова, часть 129

Мы рекомендуем
  • Травиата

    19 апреля
    Продажа билетов в Большой театр (Основная сцена)

    от 3500

    Купить билеты
  • Женитьба

    19 апреля
    Билеты в театр Ленком

    1500-7000

    Купить билеты
  • ПЛАТОНОВ

    19 апреля
    Билеты в театр Сатиры

    Купить билеты
  • Последние луны

    19 апреля
    Театр им. Евг. Вахтангова

    2000-5000

    Купить билеты
  • Неформат

    19 апреля
    в театр Современник

    Купить билеты
  • Заходите-заходите

    19 апреля
    Театр Мастерская П. Фоменко

    2500-4500

    Купить билеты
  • Капитан Фракасс

    19 апреля
    Театр Мастерская П. Фоменко (Новая сцена. Большой зал)

    Купить билеты
  • Пламя Парижа

    20 апреля
    Продажа билетов в Большой театр (Новая сцена)

    от 2000

    Купить билеты

Ранее: Часть 128

Проанализировав весь ход работы над спектаклем, Образцов главную причину неудачи увидел в порочности самого метода создания актерами своих образов. Громов вначале поставил с актерами-кукольниками обычный, «человеческий» спектакль. Каждая роль была подготовлена в «живом плане». Когда же эти роли, рассчитанные на «физику» человека, его мимику, богатство нюансов движений, были переадресованы куклам, — актерам ничего не оставалось делать, как лишь скопировать все найденные ранее внешние проявления образов. Так на кукольной ширме оказались фигурки, стремившиеся как нельзя более точно походить на живого человека, некие муляжи из паноптикума.

Согласившись в свое время с Н. Я. Симанович-Ефимовой, утверждавшей еще в начале двадцатых годов, что театр кукол не есть копия с театра людей, Образцов и в теории, и на практике, каждым своим спектаклем доказывал самобытность этого вида искусства. Куклам незачем походить на людей, неустанно повторял он, зритель с большей охотой посмотрит спектакль драматического театра, чем его копию в куклах. Куклы должны делать то, что людям делать не свойственно.

Он по-прежнему считал, что весь процесс изучения будущей роли, осознание места образа в спектакле и его идейной нагрузки должно осуществляться актером-кукольником почти так же, как это происходит в театре «человеческом». Однако материалом для построения образа у актера-кукольника из всего сложнейшего психофизического аппарата человека остаются лишь голос и руки. Неодушевленный же материал, используемый во всей причудливости формы, во всем своеобразии композиции, пропорций, колорита, становится важнейшей составной частью образа, которая и должна помочь раскрыть существо изображаемого.

Работа актера с куклой во время репетиций есть поиск той театральной выразительности, той формы, которая, приобретая собственные закономерности, может быть принята режиссером лишь в том случае, если сама структура формы реализует содержание пьесы. [* Найденное в процессе работы сложное диалектическое единство формы и содержания оказывается обычно разрушенным, если неосторожным вмешательством режиссер этого условнейшего театра колеблет самую структуру формы, что, как считает С. В. Образцов, ведет к разрушению контакта со зрителем, ибо нарушение структуры есть не что иное, как изменение первоначальных «условий игры», первоначальной «договоренности» со зрителем.]

В. А. Громов также верил в необходимость театра кукол. Но ему казалось, судя по методу его работы, что при «переводе» подготовленного в «живом плане» спектакля в кукольное представление само собой произойдет чудо одушевления мертвой материи. Он полагал, что форма не имеет собственных закономерностей, она податлива и послушна воле содержания.

Таковы были основные разногласия Образцова и Громова по поводу методов работы актера-кукольника.

Открытие человеческих типов, показываемых актером при помощи куска тряпки, папье-маше, фанеры в тех случаях, когда иными способами их показать невозможно (способ, аналогичный литературному приему, когда для изображения человека используется образ животного, облака, солнца и пр.), клал в основу работы театра кукол Образцов.

Продолжение: Часть 130

Мы принимаем к оплате