Поиск мероприятия:

Театр Сергея Образцова, часть 115

Мы рекомендуем
  • Травиата

    19 апреля
    Продажа билетов в Большой театр (Основная сцена)

    от 3500

    Купить билеты
  • Женитьба

    19 апреля
    Билеты в театр Ленком

    1500-7000

    Купить билеты
  • ПЛАТОНОВ

    19 апреля
    Билеты в театр Сатиры

    Купить билеты
  • Последние луны

    19 апреля
    Театр им. Евг. Вахтангова

    2000-5000

    Купить билеты
  • Неформат

    19 апреля
    в театр Современник

    Купить билеты
  • Заходите-заходите

    19 апреля
    Театр Мастерская П. Фоменко

    2500-4500

    Купить билеты
  • Капитан Фракасс

    19 апреля
    Театр Мастерская П. Фоменко (Новая сцена. Большой зал)

    Купить билеты
  • Пламя Парижа

    20 апреля
    Продажа билетов в Большой театр (Новая сцена)

    от 2000

    Купить билеты

Ранее: Часть 114

В качестве «материала» для оперетты были избраны перчаточные куклы-кошки. Театр как бы развивал изобразительный прием одного из популярных «романсов с куклами» Образцова «Мы только знакомы». Внешне занимательный, неприхотливый сюжет оперетты (к кошечке Пуцци сватается кот — чистокровный ариец, но она предпочитает черного кота — нечистокровного Каценяммера) содержал на самом деле далеко не шуточную мысль.

Борьба с нацистскими теориями «чистоты расы» представлялась театру одной из самых сложных, но и обязательных для театра-агитатора тем в условиях освободительной войны. Театр разоблачал всего лишь неудачные притязания фашиста, да еще делал это в таком легком, веселом жанре,, как оперетта. Но и подобное разоблачение, решенное специфическими средствами театра кукол, имело свое бесспорное значение.

Среди разнообразных представителей животного мира, с незапамятных времен бытующих на кукольной ширме и мастерски «обыгрываемых» - кукольниками, едва ли не самыми популярными и, казалось бы, исчерпанными в своих изобразительных возможностях являются играющие куклы собак и кошек. Но, пожалуй, впервые в постановке этой «кошачьей» оперетты (так же, как это произошло с собачьими персонажами в образцовском «Радиоперехвате из Берлина») зрителей восхищал не только неисчерпаемый комизм чисто кошачьих манер этих играющих кукол, но и остросатирический второй план образов, рождавших прямые политические ассоциации. Спектакль с успехом показывался и на фронте, и в тылу, всюду встречая восторженный прием.

В русле тех же поисков выразительных средств для реализации короткого боевого агитспектакля оказалась и творческая практика Ленинградского филиала Центрального театра кукол.

Созданный незадолго до войны, этот театр ставил своей основной задачей постановку больших современных спектаклей, осуществляемых теми же методами работы режиссера, художника, актеров, которые были приняты в ГЦТК. Война прервала начатое дело. Однако выступавший теперь с небольшими спектаклями на антифашистские темы, подготовленными без участия образцовцев (а их участие входило в довоенные планы театра), коллектив театра по-прежнему считал себя филиалом Центрального театра кукол.

Во главе его стоял один из популярных ленинградских драматургов, энтузиаст театра кукол Леонид Браусевич. Он предложил подготовить обширную программу «Крокодил на фронте». В качестве текстов для этой программы были использованы стихи, скетчи, сценки В. Катаева, А. Бычкова, Л. Браусевича и ряда других писателей.

«Кукольным живым журналом» назвала себя группа артистов, участвовавшая в этом представлении в. На глазах зрителей оживал знакомый Крокодил, ему была отдана роль ведущего, своеобразного конферансье представления. В памфлете «Урок военной истории» Л. Браусевича пародировались Гитлер и Муссолини, «ось» Берлин — Рим. Воскресающий «дух» Наполеона давал этим двум героям урок истории. Пафос урока заключался в том,чтобы убедить самоуверенных учеников — с Россией воевать невозможно: «Мелюзга! Мухи! Поверьте старому интервенту: не рекомендую! Сосунки! Мальчишки! В Наполеоны лезут! Вон! Вон из класса».

Продолжение: Часть 116

Мы принимаем к оплате