Поиск мероприятия:

Театр Сергея Образцова, часть 90

Мы рекомендуем
  • Время женщин

    25 апреля
    в театр Современник

    2500-4500

    Купить билеты
  • Школа жён

    25 апреля
    Театр Мастерская П. Фоменко

    Купить билеты
  • Король Лир

    25 апреля
    Театр Мастерская П. Фоменко (Новая сцена. Большой зал)

    Купить билеты
  • Шут Балакирев

    26 апреля
    Билеты в театр Ленком

    2000-7000

    Купить билеты
  • ПЛАТОНОВ

    26 апреля
    Билеты в театр Сатиры

    Купить билеты
  • Тремя этажами выше

    26 апреля
    Билеты в театр Сатиры

    Купить билеты
  • Бег

    26 апреля
    Театр им. Евг. Вахтангова

    Купить билеты
  • Гроза

    26 апреля
    Театр им. Евг. Вахтангова

    Купить билеты

Ранее: Часть 89

Эти уличные встречи со зрителем, малым и большим,позволяли проверить в совершенно новых, необычных обстоятельствах уже найденное, рассчитанное на совсем иные условия игры.

«Кому?» и «Зачем?»

«Смелый ракурс, интересные постановочные решения — все это абсолютно необходимо, без этого нет спектакля, но все это возможно тогда, когда их необходимость вызвана логикой пьесы, ее драматургической структурой, ее идеей, ее конечной задачей. Вот почему, прежде чем принять пьесу к постановке, надо очень тщательно проверить драматургическое ее построение, "зачем", о котором так прекрасно говорил Вахтангов. Без точного ответа на этот вопрос постановка просто не выйдет».

С. Образцов (1949)

В театре по-прежнему царила студийная увлеченность, сохранялась атмосфера взаимного уважения. Без этого уже никто не мыслил себе нормального течения работы. По-прежнему в театре бушевали споры. К этому привыкли. В театр приходили новые актеры, режиссеры, художники. С их приходом вновь возникали творческие дискуссии. Но и эти споры оставались такими, «которые не мешают уважать друг друга, быть друзьями... Это не вражда, интрига, это убежденная защита своих взглядов, своих дум... Без них возможна только беспринципная нивелировка, серость, скука», — говорил Образцов 18.

В театре сложился редкостный сплав единомышленников, который почти не знал тогда «коррозии» или «трещин». Режиссеры О. Ушакова, Л. Казьмина, художники В. Терехова, Б. Тузлуков, кукольный мастер-резчик Н. Солнцев, композиторы Н. Александрова, Г. Теплицкий, В. Кочетов, актерский «костяк» — Е. Сперанский, Е. Успенская, А. Федотов, Б. Рубан, А. Воскобойникова, Г. Росфельдт, С. Самодур, А. Кусов, В. Майзель, В. Потемкина, Е. Каменская уже составляли такое творческое ядро, которое способно было отстаивать позиции своего театра, свои взгляды, свое понимание этого вида искусства.

С каждым годом расширялся круг проблем, которые волновали театр. Все чаще он обращался к образу духовно раскрепощенного человека, не отягощенного догматами суеверий и предрассудков — дурными болезнями прошлого мира. И не было ничего парадоксального в том, что именно тема духовного освобождения людей, какую бы иносказательную форму она ни обретала, стала ведущей в театре, где действовали, убеждали, завоевывали зрителя куклы.

Вместе с этим год от года росла придирчивая взыскательность коллектива, позволявшая теперь уже не только художественному руководителю, но и каждому режиссеру, актеру сомневаться в истинности находок, произносить решительное «плохо», «не достоверно», предлагать свои решения, искать, пробовать, размышляя о будущей судьбе спектакля.

В театре родилась и укрепилась крылатая формула, большой и значительный смысл которой сводился всего к двум словам «Кому?» — «Зачем?». Кому театр показывает свои спектакли? Кому он адресует свои поиски? Кому придется смотреть результат всех усилий и на одном ли языке с этим будущим зрителем театр разговаривает? Зачем он это делает? Зачем существует каждый из персонажей данной пьесы? Зачем то или иное открытие, прием трюк? Подобные вопросы непрерывно задавались постановщиком и самому себе, и каждому из членов постановочного коллектива.

Продолжение: Часть 91

Мы принимаем к оплате