Поиск мероприятия:

Театр Сергея Образцова, часть 76

Мы рекомендуем

Ранее: Часть 75

Лучше, чем кто-либо другой, зная ограниченные свойства театра кукол, Образцов считал, что такие же свойства есть и у любого другого вида театра. Он отдавал себе отчет в том, что и театр драматический «не все может», что есть целый ряд сюжетных тропинок, по которым путь для этого театра закрыт. «Ни один актер не сумеет сыграть Каштанку, как бы он ни был хорошо загримирован, как бы ни старался он ловко бегать на четвереньках. Какой актер сумеет сыграть гуся Ивана Ивановича, сыграть смерть этого гуся? Если кукла будет играть Анну Каренину, то боюсь, что в самых грустных местах в зрительном зале будет смех. Если актер будет играть гуся, роль очень трогательную, трагическую, то боюсь, что в зале в тот самый момент, когда на спектакле кукол у ребят начинают блестеть слезы, человек-гусь вызовет только хохот... Человек, играющий Змея-Горыныча, всегда будет выглядеть слишком натуралистичным. Как бы ни показалось странным, но человек, обряженный в шкуру медведя, будет бутафорским, ненастоящим, а ненастоящая, действительно бутафорская кукла, изображающая медведя, будет до конца реальна».

Образцов не раз возвращается к определению условности искусства. Уже то обстоятельство, что актеры на сцене (как бы правдоподобны, органичны и естественны они ни были) делают вид, что не замечают присутствия зрителей и уверены в существовании «четвертой стены», — есть определенное «условие игры», определенная условность, которая накладывает известную печать на все, происходящее на сцене. Если же режиссер, актеры и художник нарушают заданные «условия» игры», если происходят «сбои» в выражении той идеи, которая владеет театром, то разрушается и зрительская вера, подтачивается эмоциональное восприятие происходящего. Общеизвестно, что реализм в театре — это открытие нового характера («типа жизни», по ленинскому выражению), процессов развития жизни, строя взаимоотношений людей в форме единоцельной, глубоко соответствующей этому содержанию. Образцов приходит к мысли, что «формализм исчезает как раз там, где возникает настоящая, единственная для данного содержания форма. Только поисками формы можно бороться с формализмом».

Забегая вперед, скажем, что в более поздние времена, тогда, когда значительно разовьются кино и телевидение, у многих деятелей театра появится тревога, связанная с наступлением на театр этих новых гигантов искусства. Образцов будет по-прежнему настаивать на мысли о необходимости поисков тех внутренних богатств, которые содержит каждый из видов зрелищных искусств, максимального использования скрытых его «кладов», поисков выразительности и своеобразия его условности.

В тридцатые же годы, уже отлично понимая, что условность любого театра имеет свои законы, свои естественные пределы и свои «резервы», Образцов и теоретически, и на практике неутомимо отстаивал этот тезис в применении к театру кукол. Он доказывал, что «условность куклы не ограничивает современного драматурга в идеях и тематике... все осуществимо в театре кукол, но осуществимо только в том случае, если сюжетное развитие не нарушает условной формы кукол». Он утверждал: «Пьеса для театра кукол должна быть написана так, чтобы убедительно и реально она звучала только в театре кукол». А отсюда «характер ролей, манера, в которой написаны эти роли, характеристика героев очень часто решают наш основной вопрос, относя данную пьесу в разряд кукольных или некукольных».

Продолжение: Часть 77

Топ-мероприятия
Мы принимаем к оплате