Поиск мероприятия:

Театр Сергея Образцова, часть 57.

Мы рекомендуем: в театр Образцова

Театр Сергея Образцова, часть 57.Ранее: Часть 56

Результат, как правило, оказывался самым плачевным. Театр не только не достигал необходимого эффекта, но, напротив, все, что было в спектакле интересного, словно по чьей-то злой воле рассыпалось на составные части. Зритель начинал замечать, что у марионеток слишком толстые нитки, а трости на суставах кукол тростевых торчат, как костыли. Почему же, неоднократно спрашивал себя Образцов, зритель забывает о нитках марионеток в спектакле, где действуют только одни марионетки? Почему его не раздражают трости, если в спектакле заняты одни лишь тростевые куклы?

Ответ пришел не сразу.

Жанровое своеобразие накладывает решительный отпечаток на те образы, которые создает художник, - размышляет Образцов. Выполненные в разных «плоскостях», с различной степенью обобщенности, наделенные иными жанровыми признаками, герои разных произведений не могли бы встретиться на «равных основаниях», как, скажем, не может встретиться герой басни с героем лирического стихотворения, а герой плаката с героем психологической драмы.

Значит, существует закон искусства: художник, создавая свое произведение, сам выбирает те «условия игры», которые с наибольшим успехом реализуют его замысел; художник должен до конца выдержать эти «условия игры», иначе говоря, сохранить избранную им условность. Введение же им иной условности (если это не является специальным приемом, который лишь подчеркивает стройность основного «условия игры») разрушает все образную структуру произведения.

Точно так же и в театре кукол. Образцов был уверен, что «в одном и том же пространстве без подчеркнутого и обоснованного различия делать встречу петрушек и марионеток нельзя». Если зритель

  , увидев куклу, подвешенную на нитках, понял, что она изображает человека и принял условия этого изображения, то появляющуюся затем куклу на тростях он должен принять за что-то другое - за лунатика, тень, марсианина, но никак не за человека, так как вначале он принял условие, что человек - это марионетка.

Понимание принципа «единство условности анатомий кукол в одном спектакле», однако, вовсе не исчерпывало еще проблемы в целом. Ведь бывает так же: в спектакле работают куклы одной системы, и тем не менее они с трудом «разговаривают» друг с другом.

Необходимо было отыскать критерий, который помог бы совершенно точно определить - могут ли куклы, приготовленные для одного спектакля, встретиться, существовать рядом, а актеры, ими работающие найти верное общение. Каким же способом можно отобразить все богатство жизни, различие людей, различие порой очень резкое, сохранив при этом то единство приема создания кукол, которое сделает возможным их совместное существование на одной сцене?

В театре уже знали, что несомненную роль играет способ «офактуривания» спектакля, в частности тот материал, из которого делаются куклы, способ обработки поверхности головы. Он знал: проблема единства стиля спектакля, единства стиля решения кукол - отнюдь не частная, узкая проблема технологии. Для театра кукол это одна из тех проблем, решение которой помогает созданию реалистического спектакля или, напротив, уводит художника в сторону от реализма.

Продолжение: Часть 58

Мы принимаем к оплате